pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Category:

К событиям в Русской Архиепископии в Париже.

Сейчас решается дальнейшая судьба значительной части православных Западной Европы. Константинопольский Патриархат в конце прошлого года упразднил автономию Архиепископии, с чем не могли согласиться многие клирики и прихожане. Воссоединяться с РПЦ также далеко не все согласны. Можно посмотреть комментарий здесь

Отдельную позицию выразил прот. Владимир Зелинский, настоятель прихода Всех Скорбящих Радости в г. Брешия (Италия).
Он написал обращение по-французски, опубликовав у себя на страничке в Фейсбуке.
Я спросил, нельзя ли перевести на русский (сам уже перевел), поскольку многие интересуются. Он попросил прислать перевод для редакции, и вот следует русский перевод обращения отца Владимира.

Ваше Высокопреосвященство, дорогой Владыка, Дорогие собратья, братья и сестры!

Я прошу прощения у нашего Собрания за моё отсутствие по причине нездоровья (последствия ожога). Но я, как надеюсь, и мой собрат отец Лазарь Ленци, полностью поддерживаю нашего архиепископа Иоанна, и должен объяснить ещё раз мотивы моего выбора. Ещё раз, именно потому что никто не обратил внимания на то, что я уже пытался сказать прежде. Все дискуссии о судьбе нашей Архиепископии не выходят за пределы франкоязычного или англоязычного пространства, я бы даже сказал, пространства франкоцентричного. Италия со своими приходами, «историческими», так и возникшими недавно, просто никогда не упоминается.

Я был рукоположен в иерея ровно 20 лет назад, 5 сентября 1999 блаженной памяти архиепископом Сергием (Коноваловым) для прихода в Сан-Ремо, откуда почти сразу же был изгнан приходским советом. Я оказался в пустоте, в городе Брешия, где я жил и преподавал в местном Университете с 1991 года. Вскоре я нашёл католический храм готовый принять меня под свой кров, начал служить, и община моя быстро наполнилась эмигрантами из Восточной Европы, в первую очередь украинцами. У них могли быть разные мнения о политике Российской Федерации, особенно в эти последние годы, но для них всех (не считая детей, родившихся здесь, и нескольких сербов и итальянцев), как и для их родителей и дедов, Русская Православная Церковь, где все они были крещены, была просто Церковью. Они никогда не слышали о нашей Архиепископии, я даже не уверен, что они вообще подозревали о существовании такой вещи, как Вселенский Патриархат. Они узнали о нем только здесь за границей и были несколько смущены. Мне говорили неоднократно: «Ваши службы такие же, как наши, но почему вы не поминаете имени нашего патриарха?». Я должен был им объяснять, кто мы и почему. Один раз, два, три, - не всегда это было легко. Я думаю, что это более-менее типичная ситуация для всей Италии, где полно выходцев из стран с Украины.

После Сан-Ремо и травматического опыта, пережитого там, я был абсолютно свободен. По-моему, даже имя мое в то время не числилось в списке клириков Архиепископии. Я мог идти в Москву, мог идти к грекам, мог идти в Зарубежную Церковь или в любую другую сторону; рю Дарю выдала бы мне в то время отпускную грамоту только с чувством облегчения. Но скажу правду - у меня даже колебаний не было: я остаюсь в Архиепископии. Скажу больше: если бы я до сих пор был настоятелем в Сан-Ремо, этот приход оставался бы сегодня в нашей юрисдикции. Но воля Божия была в том, я убежден в этом, чтобы я основал приход в Брешии, в городе, ставшем родным для меня и живущих здесь единоверцев. Думаю, что хорошо усвоил преподанный мне урок. Сейчас я пытаюсь понять: какова воля Божия для меня и нашего прихода в нынешней ситуации? Внимательно читаю все богословские дискуссии вокруг нашего выбора; такие слова, как «приход» или «община» почти не входят в их словарный запас. Споры идут между клириками, студентами Свято-Сергиевского института или активными мирянами, которые предлагают свои замечательные проекты относительно будущего Архиепископии и говорят, как им невыносима Москва. Словно все наши прихожане с их судьбами, привычками, корнями не существуют в природе. Могу ли я им завтра объявить им, что отныне все мы - под греками, потому что кто-то высокосидящий принял это решение за них? Решение, которое их автоматически отсекает от евхаристического общения с храмами у них дома? Или могу ли я сказать им, что мы должны посвятить ещё год, два, три на углублённые размышления о нашей церковности, оставаясь канонически пока никто не знает где? Пусть авторы диссертаций о православной «соборности» во имя этой самой «соборности» дадут мне добрый совет!

На сегодняшний момент наш приход в честь Богоматери «Всех Скорбящих Радость» в Брешии, отстроенный столькими усилиями за последние 20 лет, напоминает судно с пробоиной на дне. Половина прихода тотчас его покинула после событий конца 2018 года, другая половина оказалась в кризисе, ибо каждый раз, когда наши прихожане возвращаются к себе, они должны признаваться, что пребывают в церкви, которая остается раскольнической в глазах Москвы. Новая Украинская автокефальная церковь, какой бы прекрасной и каноничной она ни была, пока ещё не вписалась в их поле зрения.

В общем, мы в Италии нуждаемся в ясной церковной идентичности, которая находилась бы в мире, иным словом, в евхаристическом общении с Московской Церковью. Какой выбор я мог бы ещё сделать, как не следовать нашему архиепископу? А в том, что касается нашей автономии, духа свободы, наших традиций, я верю, что мы все, с доверием Богу, способны помогать ему их отстаивать.

Спасибо, что выслушали.

Прот.Владимир Зелинский
5.09. 2019. Брешия.



(Перевод с французского мой -свящ. Ф.)
Tags: жизнь церковная, полемика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments