pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Category:

Преп. Мартиниан, Зоя и Фотина.

Житие в литературной обработке м. Марии Скобцовой.
Интересно, не отсюда ли брал Л. Толстой сюжет для своей повести "Отец Сергий"?

Святой Мартиниан подвизался близ Кесарии Палестинской на горе, именуемой Ковчежное место.
Молодость и красота телесная не мешали ему быть победителем в лютой и ежечасной борьбе со врагом. И прилежными подвигами достиг он седины мудрости, имея еще юношеский возраст.
Неоднократно приступал к нему диавол с многоразличными искушениями и мечтательными виденьями, то прельщая его страхом и могуществом своим, то отуманивая плотскими вожделеньями и живописуя ему
радости оставленного мира.
Так однажды явился ему диавол во образе дивного змея, — соблазнителя прародителей, — и пламенем, и дымом, и смрадом наполнил келию отшельника.
В другой раз видал Мартиниан, как свивались клубы утреннего тумана в веселые праздничные шествия, и различал лица скоморохов и музыкантов, и яркие одежды женщин, и даже слышал музыку и пение.
-------------------
* В 1927 году издательством YMCA-Press были изданы два выпуска
древних житий в литературной переработке матери Марии, тогда
Е. Скобцовой. Случайным образом в этом юбилейном году в одном
подвале была найдена завалявшаяся машипопись (с правкой рукой
автора) третьего выпуска , предназначавшегося к печати, но так и не
увидевшего свет.
----------------------
Когда тело Мартиниана изнурялось постом, являл диавол глазам его многочисленные яства, и жареных
коз диких, и баранов, и птиц, и сладкие пенящиеся вина. И в холод зимний прельщал он отшельника уютом городских богатых домов, а в летний зной предлагал ему прохладную тень.
Но против всех искушений и против всякой прелести истово боролся блаженный, памятуя, что не имеют радости жизни земной никакой цены, — а лишь полноценна единая радость вечного Царства.
И был диавол в великой ярости, потому что напрасно тратил он многие усилия в борьбе с Мартинианом.
Тогда отошел он в город Кесарию и овладел волей одной веселой и легкомысленной женщины по имени
Зоя. Слыша много раз о стойкости пустынного жителя и о том, что несмотря на молодость лет противостоит он крепко всем соблазнам, была Зоя раздражена таким подвигом и сказала своим близким:
— Нет ничего трудного бороться с соблазнами в пустыне, где все они являются лишь плодом помыслов.
Иное дело противостоять настоящему искушению, облеченному в плоть. Такое искушение не рассыпется от молитвы и не исчезнет по одной лишь доброй воле отшельника. Думаю я, что если бы Мартиниан воочию приблизился к соблазну, а не только в помыслах своих, — то наверное и не устоял бы.

Тогда веселые собеседники ее предложил и ей биться об заклад, что не сумеет она увести Мартиниана на путь греха. И она охотно приняла этот спор. Вечером же, одевшись нищей странницей, а дорогие
одежды свои, — и кольца, и ожерелья, и запястья, и различные притирания и мази, — сложивши в особый мешок,— покинула Зоя город и ушла в пустыню к келье Мартиниана отшельника.
И была в ту ночь сильная буря, так что ветер сбивал с ног идущую, и рвал ее ветхое платье, и трепал волосы, а дождь промочил ее насквозь. Было Зое страшно идти под дождем и порывами
ветра в безлюдной пустыне, слыша издали вой диких зверей и не чуя около себя ни единого человека, который мог бы за нее вступиться.
Но шла. потому что очень хотела выиграть спор и поглумиться над святым подвижником.
Приблизившись к пещере, где спасался Мартиниан, стала она жалобным голосом взывать к нему, и просить защиты от непогоды, и питья и пищи. Мартиниан на этот жалобный вопль открыл свою
дверь и увидел, что женщина стоит перед ним. Тогда не захотелось ему пускать в свою келию искушение. Но и оставить ее в непогоду под открытым небом на съедение диким зверям он тоже не мог, потому что не хотел быть убийцей создания Божьего. Так впустил он ее к себе в келию, дал ей фиников и воды, указал на ложе в углу, а сам удалился в малую внутреннюю пещеру.
Там возжег лампаду перед иконами, распростерся ниц и стал со многими слезами молиться. Прочтя же все положенные молитвы, псалмопением занял он все помыслы свои. Потом развернул Писание и до утра углублялся в Божественное Слово.
Когда же солнце поднялось и через малую щель в скале проникли лучи его к Мартиниану, вышел он в пе ­реднюю келию, чтобы отпустить с миром пришелицу. Зоя же, ожидая его прихода, переменила нищие одежды на свои обычные богатые, убрала волосы, украсила лицо различными притираниями, нанизала кольца на пальцы, и теперь предстала перед отшельником, вооруженная всею силою соблазнительной красоты своей.
Увидя же , что отступил Мартиниан, пораженный переменой, происшедшей в ней, она приблизилась к нему и сказала:
— Знай, что пришла я в пустыню не какими-либо иными делами побуждаемая к этому, а лишь теми слухами, которые мне пришлось слышать в городе о тебе.
Жалко мне и невозможно терпеть, чтобы человек молодой и обладающий телесной красотою не знал никаких радостей жизни и провел свои дни в суровом, никому не нужном одиночестве. Вот заочно прилепилось мое сердце к тебе, и теперь хочу я, чтобы через меня узнал ты все прелести мира земного.
Когда же Мартиниан не ответил ей ничего , а стоял опустив взор, она продолжала:
И кто сказал тебе , что такое одиночество угодно Богу? Разве не имел Енох жены и у Авраама не было ли трех жен? И у Исаака была жена и у Иакова было две жены и еще две наложницы . Так и Моисей не обрекал себя на одиночество, и Давид, и прочие пророки. Что же, ты думаешь быть угоднее Богу, чем они? Ты хочешь с ними в праведности тягаться и их в боголюбии одолеть?
И многое еще другое говорила Зоя.
Мартиниан же , не столько убежденный ее словами , сколько прельщенный соблазнительной красотой
ее, понял , что не может он противостоять искушению , и почувствовал, что всеми желаньями и помыслами своими прилепился к соблазнительнице.
Как бы соглашаясь на все, что она сказала, спросил он только: .
— Взяв тебя в жены, чем же буду я питать тебя, потому что нету у меня ничего?
Но Зоя его успокоила, указав, что имеет она великие
богатства, — и земли, и виноградники, и дома, и золото, — и ни в чьей помощи не нуждается, а наоборот, — может оказать сама помощь, кому захочет.
И не было у Мартиниана более никаких сомнений.
А если и были, то не думал он о них, потому что страсть палящая и испепеляющая пронзила его всего, и не мог он противоречить никак этой страсти.
Казалось ему, что все радости, существующие в мире, и вся прелесть земная, и все человеческое счастие, — все это воплотилось в Зое , и, принимая ее, он как бы весь мир принимает . Не было у него сомнения в том, что от такого сокровища можно отказаться. И о грехе забыл, и об обетах своих Богу, о Господнем пути , в чистоте и отречении текущем, — тоже забыл Мартиниан.
Был он как бы опьянен этой страстью земной. Тогда вышел он из келий, чтобы посмотреть, не бли ­зится ли кто к нему . А с вершины, на которой он обитал, были далеко видны все дороги в пустыне.

И вот, оглянувшись вокруг себя, оказавшись опять один среди Божьего мира, вдруг понял Мартиниан, какая пропасть разверзлась у ног его, и как хочет он утешить врага своего диавола. Тогда быстро взял он в руки большую охапку хвороста и дров и с нею вернулся в келию. Зоя ждала его.
Он же начал разжигать костер. И когда пламя высоко взметнулось под своды келий, вошел Мартиниан в огонь босыми стопами.
И жгло пламя ног и его, и опалились волосы на голове, а кожа на теле покрылась язвами.
Тогда Мартиниан вышел на мгновение из огня . Но вновь почувствовав, что страсть в его помыслах и плотское вожделение еще не утихли , вернулся в пламя и пребывал в нем, пока мог стоять на ногах. И попалено было тело даже до костей. Тогда он вышел и упал на ложе , стеная от боли.
Видя же это пламенное попаление праведника , Зоя стояла как бы окаменевшая . И впервые за всю жизнь свою узнала она , каким великим трудом и борением достигается вечное Царство. И впервые узнала она, что только единое есть человеку на потребу, а все остальное — лишь тень.
Тогда в великом смятении сорвала она с себя праздничные одежды и все богатые украшения, и кинула их в огонь , — сама же набросила на плечи свои нищие лохмотья, в которых пришла накануне .
И приступила к Мартиниану , моля его о прощении и научении . И так силен был огонь раскаяния ее, как силен был порок, которому она предавалась. Воистину Мартиниан попалил себя в пламени вещественном, — Зоя же сожгла себя на пламени невещественном, на пламени мгновенного и огненосного раскаяния . И как огонь вещественный очистил греховные помыслы Мартиниана , так пламень духа убелил грехи Зои.
Видя мученичество отшельника , по её вине бывшее, родилась она вторым рождением, и крестилась вторым крещением, — крещением огненным.

Отпустил ей грех Мартиниан и велел не медля нимало идти в Вифлеем в обитель к святой деве Павлине, и там, покаявшись во всем, искать спасения.
Сам, еле двигаясь по причине страшных ожогов и ран, вышел из келий и показал ей, как лежит ее путь.
Исполнила Зоя все по его повелению. И через три дня дошла до Вифлеемской обители святой Павлины, и
осталась там, проводя дни свои в покаянии и посте.
И так сильно было ее раскаяние, и так неустанны подвиги, что по прошествии нескольких лет указал Господь ей, что она прощена : в знак отпущения грехов была дана ей власть Господом целить больных и бесноватых. Так великой праведницей предстала Зоя после смерти своей перед Создателем, спалив огнем покаяния греховные дел а своей жизни.
Мартиниан же, оставшись один , долгое время страдал от полученных ожогов и лишь с большим трудом, по прошествии нескольких месяцев, мог опять ходить и работать.
Тогда замыслил он начать жизнь еще более трудную и уединенную , дабы вернее послужить Господу и посрамить врага.
И вышел он на берег морской, где встретил одного корабельщика. И спросил он у него:
— Нету ли , брат, где-либо в море пустынного острова, на котором никто не помешал бы мне спасаться?
Подумав, корабельщик сказал:
— Есть такой остров, или вернее небольшая скала, с которой ни в одну сторону не видно суши . И обитают на нем лишь чайки морские. Но не мыслю я, чтобы человек мог выдержать подвиг жизни такой.
Мартиниан просил корабельщика доставить его на этот остров. И положили они между собою завет, что три раза в год будет корабельщик привозить отшельнику сухой хлеб и воду, и лозы для плетения кошниц , три раза будет отвозить готовые кошницы, чтобы, продав их, окупить свой расход на питание отшельника.
Так они и совершили все.
Остался Мартиниан на голой скале посреди необозримого морского пространства , и ночью мучила его
морская сырость, так как брызги воды долетал и к нему, а днем палило солнце, потому что не было на острове том тени . В зимнее же время всё вокруг Мартиниана наполнялось великим кипением и шумом бури. И в пену разбивались около острова огромные морские валы, и обледеневала эта пена так, что скользил Мартиниан, ступая по камням.
Лишь чайки с громкими криками носились над ним, нимало его не пугаясь.
И еще, — вечно рядом был лукавый искуситель, ищущий пути в душу Мартинианову , и не дающий ему
отдыха в подвиге.
Да так же неотступно осеняла Мартиниана Господня десница , утешающая и восстанавливающая, дающая надежду и силу .
Вот увидал диавол, что надо ему еще напрячь все свое искусство, чтобы соблазнить святого, потому что, подвизаясь прилежно , подымается Мартиниан из степени в степень и скоро будет неуязвим для стрел искусителя .
В то время плыл недалеко от скалы Мартиниановой большой корабль. И диавол поднял великое водное смятение, и обрушил бурю на снасти корабля, и погнал его на подводные камни, так что разбился корабль в щепы, люд и же потонул и в пучине морской. Всех путников погубил диавол , — никто не достиг берега, — кроме одной отроковицы Фотины.
Ухватила она руками доску и с нею плыла , несомая водным течением к скале. Так совершил диавол, чтобы еще раз восстать бранью на блаженного Мартиниана.
Наутро увидел отшельник внизу под скалою Фотину, которая уже изнемогала.
И из глубины морской сказала она:
— Сотвори милость и подай мне руку, чтобы я могла спастись, потому что силы оставили меня.
Опять в сердце Мартиниана началась борьба. Не спасти утопающей значило быть убийцей , а спасти ее — значило ввести на пустынную и одинокую скалу искушение.

Но вспомнил Мартиниан , что победителем можно быть, лишь не уклоняясь от боя, а потому сошел к воде и дал руку Фотине. Когда же она немного обсушилась на солнце и подкрепилась хлебом и водой, сказал ей Мартиниан: — Вот еще три месяца не сможешь ты оставить скалы, потому что только через три месяца приплывет сюда корабельщик, снабжающий меня пищей . Но нельзя нам оставаться тут вместе. А потому вручаю я тебя помощи Божьей, и себя так же предаю в руки его. И с этими словами кинулся в морские волны и поплыл. Фотина же стояла пораженная.
И вот видит она, как вынырнули из пучины два дельфина, и с двух сторон поддержали пловца. Так смотрела она неотрывно на это чудо, пока не скрылись оба дельфина с Мартинианом там, где вода соприкасается с небом.
Достиг праведник суши и предал себя вечному скитанию , поспешно обходя города и села и различные
страны. Шел он, не имея ни обуви и запасной одежды, ни пищи и денег. Ночевал там, где заставала его ночь, не боясь ни лихих людей, ни зверей диких. А питался подаянием тех, кто милует странных.
Несколько лет продолжалось такое его скитание, пока не достиг он города Афин и не почувствовал, что приблизился к разрешению земных уз. Тогда вошел он в церковь и попросил, чтобы позвали к нему епископа Афинского. Увидев же епископа, склоненного над собой, поведал он ему все трудные дни своей жизни , и получил от Бога освобождение, чтобы принять свою часть в вечном Царстве.
Фотина же, оставшись одна на острове, сначала много дивилась всему виденному, потом с нетерпением начала ждать корабельщика , дабы доставил он ее в родные пределы.
Но оставаясь всегда наедине с Богом, который все видит, и имея перед собой великий пример угождения Творцу, постепенно стала Фотина предаваться богомыслию и молитве, пока, наконец, не почувствовала великую сладость в таком подвиге, и не поняла, что приблизилась к единому праведному пути. Когда же приплыл корабельщик на своем корабле, то решил сначала , что великое искушение творит ему диавол, показуя вместо отшельника-инока слабую молодую деву. И, испугавшись, хотел он уже покинуть остров, но Фотина громкими криками и мольбами просила его, чтобы он выслушал ее слова, и все рассказала.
Тогда предложил ей корабельщик оставить остров и вступить на его корабль, дабы скорее достигнуть суши и вернуться к своим родным. Но многое было открыто Фотине за эти три месяца. Она отказалась покинуть скалу, а просила корабельщика , чтобы жена его привезла ей волны, дабы могла
она прясть, и пряжей оплачивать хлеб, который он привозит. В остальном же, — чтобы все было так, как при Мартиниане. Корабельщик согласился исполнить ее просьбу. И вскоре вернулся со своей женой, которая привезла Фотине не только волну, но и одежду инока. И много удивляясь великому мужеству столь юной девы, оставил корабельщик с женою остров.
Фотина же чувствовала некое небывалое веселье и вознесение всех помыслов своих.
И казалось ей, что молитвам ее внимают и волны и чайки. И была она как бы единое с этим пустынным и суровым миром. Как бы в самой сердцевине духа, который воплощен в мире, пребывала она.
Так пять лет выполнял корабельщик с женою свой завет. И увозили они со скалы готовую пряжу, а привозили волну, и хлеб, и сладкую воду. На пятый же год, ступив на скалу, удивились они,
что никто не вышел им навстречу.
И вот увидали распростертое тело Фотины. Она опочила. И имела пальцы, сложенные крестом, и замкнутые уста, и закрытые очи. Как будто кто приготовил ее тело к погребению.
Взяв святое тело на корабль, отплыл корабельщик в Кесарию, и поведал всё, что знал о Фотине, епископу Кесарийскому . Тот созвал всех своих пресвитеров, и диаконов, и певчих, — и предал ее погребению, поя псалмы и песнопения, неся зажженные свечи и кадила.

Вестник РХД, №131 (1995)
Tags: богослужение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments