pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Так "гастрономия" или нет? И "человек для субботы"?

О. Петр Мещеринов разразился критической заметкой насчет нашей великопостной действительности. К сожалению, во многом он оказывается прав. Хотя кое в чем возразить придётся. Но для начала сам текст.

""Слава Богу, что становятся ясными и выходят, наконец, в поле обсуждения очевидные и простые вещи. Их можно свести к следующему:

Если не обманывать себя и называть вещи своими именами, то мы никуда не денемся от того, что Великий пост — это именно гастрономическое мероприятие. И все тексты "прогрессивных священников" на "Правмире" и в других приличных православных местах о том, что "пост не сводится к гастрономии", является лишь попыткой убежать от незыблемой истины, что пост как раз и сводится к гастрономии.

Ещё богослужение, конечно. Богослужение Великого поста основывается на постулате "человек для субботы". И тут не нужно обманывать себя, это именно так. Необходимый в христианстве принцип вариативности, о котором так ясно говорит Апостол Павел в 14-й главе Послания к Римлянам, отменён и попран — тоже давайте отдадим себе в этом отчёт. Всем православным предписано одинаково, по расписанию, не есть, ходить на службы, печалиться, сострадать Христу, а потом радоваться Пасхе. Только всем вместе, только по расписанию; а если не так, то ты не православный. У всех без исключения в определённый календарный период на семь недель "отнимается Жених", а затем с такой же обязательностью в определённую календарную дату возвращается. Уж не будем тут глубже копать: а что вообще это за принцип такого богослужебного круга? Христос же в реальности уже воскрес. А раз так, то Великим Постом — происходит что? Христос реально отнимается от нас в нашей внутренней жизни, чтобы по прошествии строго расписанного календарного срока вновь реально воскреснуть? Нет же, наверное. Тогда что? игра? Да, игра, внешне-церковное эстетическое действо, обусловленное историей и культурой, но не реальность как таковая. И опять же — давайте дадим себе в этом отчёт. Не для революций и реформаций, а для правды.

Всё это, несомненно, чувствуется всеми и "прогрессивными священниками", и думающими и честными мирянами. Для того, чтобы сгладить возникающий когнитивный диссонанс, приводятся аргументы вроде следующих: "Пост — это время особого внимания к себе, особого покаяния, молитвы и добрых дел". Но опять же, если "включить осознанность", то тут же возникают вопросы: а что, вне поста можно меньше молиться, совершать добрых дел, меньше внимать себе и т.д.? Ведь Евангелие не делит жизнь во Христе на календарные отрезки, оно подразумевает ровность и постоянство этой жизни, причём не казарменно, а в меру каждого отдельного человека.

Аргумент о том, что "Христос сорок дней постился, и мы тоже постимся", также не выдерживает критики. Христос и больных исцелял, и мёртвых воскрешал — давайте Уставом предпишем себе и эти действия. Последование Христу в достаточной мере разъяснено в Апостольских посланиях, оно относится к внутренней индивидуальной духовной и нравственной жизни, а вовсе не к каким бы то ни было внешним дисциплинарно-ритуальным установлениям.

Итак: Великий Пост — это данный нам как объективная реальность период особого гастрономического времяпрепровождения и поставление нас, всех скопом, в жёсткую ситуацию "человек для субботы". Нужно отдать себе в этом отчёт, не обманывать себя и стараться разместиться в этой реальности с наименьшим ущербом для себя и для своей внутренней жизни во Христе.

И, пожалуй, самое главное. Ни у одного из православных учителей я не прочитал этого, а только у протестанта Герхарда Терстегена. Он пишет, что резерв внутренних сил человека ограничен, и поэтому нужно очень внимательно следить за тем, чтобы не растратить эти силы на что-то побочное и второстепенное, но концентрировать их на главном. Я на практике убедился в глубокой верности этого замечания. Мы тратим свои внутренние силы на гастрономию и эстетико-церковные мероприятия; очень много сил уходит на то, чтобы согласовать внутри себя явное свидетельство совести, что "не то это, не то" и нашу самоидентификацию как православных христиан. На Христа, на внутреннюю жизнь, на настоящую молитву, на молчание пред Богом, на Священное Писание, на возрастание в духовной жизни (а не хождение по кругу), на подлинные, во Христе, отношения с ближними ни сил, ни ресурса просто не остаётся.

Вот ключевая проблема — та самая дезориентация в нашей церковной педагогике, о которой я всё время говорю. Людей же именно так учат, вот и получается то, что получается.

Ну вот, вполне себе великопостные размышления получились
.""
https://www.facebook.com/igpetr/posts/1648472141895230

А теперь некоторые возражения.
Слова Иисуса, позаимствованные из Второзакония, - "Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим от Бога" - это "гастрономическое мероприятие" или нет? В какой-то степени, получается, что да, ибо Иисус в пустыне, будучи голодным, отверг предложения дьявола из камней сделать хлебы и таким образом насытиться. Конечно, на современный церковно-приходской бытовой вариант пощения многих православных это мало похоже, но все же... Если периодически воспринимать слова Иисуса всерьез, то акцент так или иначе должен быть сделан не на хлебе и не на пище в целом, но на молитве и чтении Слова Божьего.
Другое дело, что озабоченность подборами разных видов пищи приводит к этому самому законническому пониманию поста! При этом фактически навязывается полное единообразие и единомыслие в практике. Между тем в древней Церкви такого не было! Существовали разные практики и разные продолжительности предпасхального поста, о чем свидетельствует сщмуч. Ириней Лионский
(из послания к епископу Римскому Виктору по случаю спора о Пасхе), см. у Евсевия в «Церк. Ист. (V, 24):

«Разногласят не только об этом дне (Пасхе), но и самом образе поста: ибо одни думают, что должно поститься один день, другие – два, иные – больше, а иные – сорок, притом мерой своего дня почитают часы дневные и ночные. Такое различение в соблюдении поста произошло не в наше время, но гораздо раньше, у наших предков, которые, вероятно, не соблюдали в этом большой точности, и простой, частный свой обычай передавали потомству. Тем не менее, однако же, все сохраняли мир, и мы живем между собой в мире, и разногласием относительно поста утверждается единомыслие веры. Пресвитеры, до Сотира управляющие той Церковью, которой ты ныне управляешь, именно: Аникита, Пий, Гигин, Телесфор и Ксист, ни сами не соблюдали этого обычая, ни своим не позволяли соблюдать его. И, несмотря на это несоблюдение, они тем не менее сохраняли мир с приходившими к ним из тех Церквей, в которых тот обычай был соблюдаем, хотя соблюдение его для несоблюдавших весьма резко бросалось в глаза; и за этот обычай никто никогда не был отвергаем…».

У Сократа Схоластика, а это уже пятый век по Р.Х., а не второй, есть такое свидетельство:
«Посты перед Пасхой в разных местах соблюдаются различно... в Риме постятся непрерывно 3 седмицы, кроме субботы и дня Господня, а в Иллирии, во всей Греции и Александрии держат пост 6 седмиц до Пасхи и называют его Четыредесятницей; другие же начинают поститься за 7 седмиц... и постятся только 3 пятидневия... те и другие, разноглася между собой в числе постных дней, называют пост одинаково - 40-дневным... одни воздерживаются от употребления в пищу всякого рода животных, другие из всех одушевленных употребляют только рыбу, а некоторые вместе с рыбой едят и птиц... одни воздерживаются даже от плодов и яиц, другие питаются только сухим хлебом, некоторые и того не принимают, а иные, постясь до 9-го часа [дня] вкушают потом всякую пищу» (Socr. Schol. Hist. eccl. V 22)

Затем дело двигалось всё к большему единообразию и своего рода законничеству в этом вопросе. Не говоря уже о том, что постные уставы составлялись в монастырях Византии, Палестины и Египта, где климат существенно более благоприятен, чем в России!

Но даже и в XII в. была, например, такая практика в отношении других постов, по свидетельству еп. Никодима (Милаша), ссылающегося на Вальсамона:

«Относительно продолжительности Великого поста, соблюдаемой и ныне православною церковью, никогда и ни с чьей стороны не возникало никаких споров; но этого нельзя сказать относительно продолжительности других постов. Александрийский патриарх Марк обращался в свое время к Вальсамону с вопросом: нужно ли соблюдать со всею строгостью посты перед праздниками св. Апостолов, перед Рождеством Христовым, перед Успением Богоматери, или их можно сокращать? Отвечая на этот вопрос, Вальсамон приводит решение Константинопольского патриаршего синода при патриархе Николае III (1084-1111), по которому перед этими праздниками следует поститься только семь дней (πλήν έπταήμεροι), так как есть только один пост перед Святой и Великой Пасхой, продолжающийся сорок дней (μία γάρ τεσσαρακονθήμερος νηστεία έστίν). Впрочем, для желающих поститься перед упомянутыми праздниками более семи дней, или для тех, кому эти посты прописаны ктиторским уставом, предоставляется полная свобода» (толкование на 69-е Апост. правило).

Просто хотя бы небольшое знание церковной истории с ее разнообразными практиками и пастырями, и пасомыми зачастую предохраняет от буквоедства, от боязни пастырям давать благословение на послабление поста, не только тем больным, кому это несомненно требуется, но и, например, школьникам старших классов в часы их учебы и студентам, водителям и многим другим, занятым на разных хлопотных или вредных производствах. И от боязни у наших прихожанок, не дай Бог, в гостях или при каких-то иных обстоятельствах рыбку лишний раз скушать. Монашеская практика хоть и победила, и утвердилась в своем единообразии, но все-таки коренится она все равно в монастырской жизни. С более, чем 200 постными днями в году, согласно ныне действующему с XV века в Русской Церкви Иерусалимскому уставу. А до того, между прочим, был на Руси Студийский устав, в постном отношении менее строгий… И более подходящий, кстати, к нашему российскому климату (в Палестине и Египте при их жаре большую часть года как-то и не тянет есть много животной пищи).
И вообще, «блажен, кто не осуждает себя в том, что избирает», по словам апостола Павла (Рим. 14, 23). В отношении поста каждого это уж точно верно.

Разумеется, в каждый момент своей жизни христианин призван внимать себе, молиться и побуждать себя к доброделанию, это аксиоматично! Но так уж на практике получается, что косность и лень (говорю про себя) не позволяет это делать успешно каждый раз. И лично мне гастрономическая сторона поста в том числе помогает держать как минимум физическую форму! Понятно, что какие-то календарные периоды на общецерковном уровне потому и предлагаются с тем, чтобы встряхнуть и мобилизовать себя, объединившись в этом на соборном уровне с единоверцами. Конечно, любую идею и любое благое намерение можно извратить, но свидетельствует ли это против самой идеи?

Как отмечал о. Александр Мень, «Следование установленному посту, а не тому, который каждый изобретает для себя, есть акт добровольного принятия руководства Церкви». Я сам как священник пощусь в целом так, как принято в нашей Церкви, и лично мне это ни разу еще не пошло во вред, а только на пользу. Но строгость в отношении самого себя мне никак не может мешать снисхождению в отношении других. Я не спрашиваю, кто, что и как ест во время постов - это должно быть делом личной совести человека. Но вот еще есть весьма популярная на сегодняшний день точка зрения, выраженная уважаемым протоиереем Константином Островским (лично его знаю как весьма достойного священника):
"Но человек, нарушающий какие-то внешние установления Церкви, должен, конечно, смиряться и каяться, но только за нарушение поста он не запрещается в причастии. Исповедь перед причастием отчасти для того и установлена, чтобы священник, выслушав человека принял решение о возможности ему в ближайшее время причаститься или нет".
Вот эта точка зрения, пожалуй, все-таки способствует этому господствующему формализму и "гастрономии" вкупе с "субботой", поэтому я с ней скорее не соглашусь.
Tags: полемика, размышления
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments