pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Category:

«Се бо прииде крестом радость всему миру…»

Крест есть любовь Божия всепобеждающая, равно как и сама любовь в нашем мире есть крест и его несение по жизни, поскольку любовь Божия, равно как и любовь к ближним христиан-святых часто оставалась и остается безответной, распинающейся и распинаемой ради ближних. По слову митр. Филарета (Дроздова), это «любовь Отца распинающая, любовь Сына распинаемая, любовь Духа Святого, торжествующая силою Креста». И эту любовь окружающий мир по-прежнему мало вмещает или не вмещает вовсе, отвергая ее и предпочитая ей либо голую силу, либо закон и порядок, либо холодную рассудочную логику. Прекрасно и вдохновенно об этом написал Н.А. Бердяев:

Тайна креста, тайна Голгофы есть тайна свободы. Сын Божий, принявший зрак раба и распятый на кресте, не принуждает внешней силой и мощью признать себя. Он остается невидимым в своей божественной силе для чувственного взора природного человека. Божественная сила и слава Распятого обличается в акте свободной веры и любви. Распятый обращен к свободе человеческого духа. Он ни в чем не насилует. Нужен свободный подвиг духа, чтобы узнать в Распятом своего Бога. Бог, распятый на кресте, не только открывается, но и сокрывается. Исчезает всякое насилие природного, чувственного мира в откровении Божества, все обращено лишь к духовному взору, к внутренней свободе. Для чувственного взора природного человека, подавленного силами внешнего мира, виден в Распятом лишь униженный и растерзанный, видимо лишь поражение и гибель правды в мире. Божественная правда представляется бессильной и немощной. Может ли Бог явиться в мире не как сила и мощь, побеждающая и преображающая всю жизнь, а как крестное страдание, как кажущееся бессилие и немощь перед силами мира? Об этом соблазнился еврейский народ, который отказался увидеть в Распятом ожидаемого Мессию, Сына Божьего. Подлинный Мессия, Сын Божий, должен явиться в силе и славе, должен основать могущественное царство Израиля, должен положить конец страданиям и злу жизни. Крест, Голгофа были соблазном для иудеев. И для наших дней крест остается соблазном для иудеев, хотя бы и арийского племени, так как ждут они явления божественной правды в силе, ждут внешней победы правды в мире. Соблазн этот и есть отречение от свободы духа, нежелание и неспособность увидеть за видимым чувственным унижением и поражением Божьей правды ее невидимое, духовное торжество и мощь…
Распятая правда не обладает ни логической, ни юридической принудительностью. Распятая правда явилась миру как бесконечная любовь. Но любовь не насилует меня, она делает меня бесконечно свободным. В любви все становится для меня родным по духу, близким, в любви освобождаюсь я от чуждого и враждебного инобытия, и потому обретаю я высшую свободу. Свобода должна привести меня к любви, и любовь должна сделать меня свободным. Благодать Христова и есть тайна любящей свободы и свободной любви. Она явлена была на кресте. В свободном страдании Богочеловека, обращенном к свободе человека, скрыта тайна христианской любви
(«Философия свободного духа»).

Перечитаем стихиру праздника Воздвижения:
«Радуйся, живоносный Кресте, благочестия непобедимая победа, дверь райская, верных утверждение, церкве ограждение, имже тля разорися и попрася смертная держава, и вознесохомся от земли к небесным: оружие непобедимое, бесов сопротивоборче, слава мучеников, преподобных яко воистину удобрение, пристанище спасения, даруяй миру велию милость»

Все, что здесь написано в обращении к Кресту, совершенно так же и прежде всего применимо в отношении Христовой любви! Ибо Его любовь среди нас – победа благочестия, дверь, ведущая в рай, утверждение верных и ограждение Церкви… «Любовь, как смерть, крепка» - сказано в ветхозаветной книге Песни Песней. Любовь крепче смерти, и она ее победила на кресте, как показал нам Христос – ей на Кресте была упразднена и попрана власть смерти и ада! Ей и глубочайшим смирением Христовым был посрамлен дьявол с его темным бесовским царством. «Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» (1 Кор. 13, 8). Но вспомним, что предшествует вдохновенному слову о кресте апостола Павла, читаемому всякий раз на праздничной Литургии Воздвижения (1 Кор. 18, 24)? Его печаль о разделениях внутри нарождающейся Коринфской общины: «Я разумею, что у вас говорят: «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов». Разве разделился Христос? Разве Павел распялся за вас? Или во имя Павла вы крестились?» (1 Кор. 1, 12-13). Это модель всех последующих конфликтов и разделений внутри Церкви, включая современность. Причем каждая из конфликтующих сторон бывает по-своему правой (нравственно, исторически, богословски – не важно), но ни одна из них обычно не желает подняться выше своей собственной правды – до креста Христова… С вечной высоты которого эти правды – нравственные, исторические, богословские - могут выглядеть как временная суета человеческая, проявляемая по немощи людской, поскольку за своими собственными правдами часто не могут или не хотят видеть правду оппонентов. А Христос с высоты креста Своего, простирая к нам Свои руки и зовя в Свои объятья, и тех, и других, и еще множество овец «не сего двора», напоминает: «Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас. Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня: ибо Я кроток и смирен сердцем; и найдете покой душам вашим. Ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф. 11, 28-30). Это бремя – крест Его и наш, который мы призваны нести, следуя за Ним. Поскольку причастность к Его любви и путь к ней лежит через отвержение себя, своей плоти со страстями и похотями, своих частных, мелких и относительных правд перед подножием креста Христова. Через любовь к своим врагам и молитву за них, что нашим природным способностям не свойственно, поэтому без веры и терпения такой крест становится тягостным и смертоносным. Но не надо забывать, что при «вере с горчичное зерно» Сам Христос несет за нас наш крест: было бы с нашей стороны хоть немного воли к любви и прощению!

Логика креста и Евангелия: через добровольное самопожертвование, отдачу и забвение себя человек обретает самого себя. Через добровольное смирение, когда в душу входит мир Христов, превышающий всякое воображение, он возвышается над собой. И через умирание - воскресает. Подчас десятки, сотни раз в течение земной жизни, неся крест свой.

Ну а как же быть с молитвами кресту как одушевленному существу ("радуйся, кресте" - мы их встречаем в праздничных песнопениях или даже в вечерних молитвах)? Это не вероучительные тексты, это поэзия. Примерно такая же, как у Христа, когда Он говорил образно: "камни возопиют". Или как у псалмопевца: "Хвалите Его солнце и луна, хвалите Его все звезды и свет..." Но, разумеется, были в истории Церкви перехлесты в этом отношении, которые и отразились в некоторых молитвах. Поэтому лучше, покланяясь кресту как иконе Его любви и смирения, иметь его в сердце и памяти - не случайно же само древо креста не сохранилось до наших дней, как не сохранился и его прообраз - медный змей, изготовленный Моисеем (он был уничтожен впоследствии, дабы не отвлекать от невидимого Бога и служения Ему). Испрашивать помощи у самого креста наряду с Богородицей и святыми - довольно нелепо, как это выражено в одной из вечерних молитв Молитвослова. А вот "огради мя, Господи, силой честнаго и животворящего Твоего креста и сохрани мя от всякого зла" - вполне нормально.
С праздником всех!
Tags: библия, богослужение, писание
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments