pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Ганс Кюнг о воскресении Христа

Это один из современных богословов и священников, который испытывал некоторые трудности во взаимоотношении с католической иерархией, поскольку всгда отстаивал право на свободу суждений и дискуссий в богословии. Этим он очень даже привлекателен, - в частности, своей честностью в постановке разных проблем. Но некоторые его соображения, естественно, могут показаться спорными. Хочу вынести на обсуждение некоторые его мысли из только что изданной ББИ его книги "Вечная жизнь?". Стоит ли принять в общецерковное внимание позицию Кюнга?
==================================================================================================
""Более внимательный анализ пасхальных рассказов в самом деле свидетельствует о значительной сбивчивости и противоречивости предания. Хотя многократно и предпринимались попытки с помощью гармонизирующих комбинаций сформировать единое предание, но всё напрасно. Соответствий просто нет, коротко суммируя:
1. Относительно людей, которым явился Иисус: Петр, Мария Магдалина и другая Мария; ученики; апостолы; Двенадцать; ученики, идущие в Эммаус; 500 братьев; Иаков; Павел.
2. Относительно места этих явлений: Галилея (гора, Тивериадское озеро) или Иерусалим (возле могилы Иисуса; в месте собрания).
3. Относительно их последовательности: утром и вечером в пасхальное воскресенье; восемь и сорок дней позднее.

Если не прибегать к изменению текста и не преуменьшать различия, то в каждом из этих случаев гармонизация оказывается невозможной.
Но совершенно очевидно, что в древней церкви никому и не нужна была унифицированная схема, люди прекрасно жили без идеально подведенных под один знаменатель Евангелий, и уж тем более без какой-либо биографии воскресшего! Тот факт, что новозаветные авторы не проявляют особого интереса ни к какой бы то ни было целостности, ни к определенной последовательности, ни вообще к критической исторической проверке различных сообщений, показывает, насколько отличаются главные темы, стоящие в центре разных рассказов: сначала, как это видно у Марка, призвание и отправка на миссию учеников; затем, у Луки и Иоанна, идентичность воскресшего с допасхальным Иисусом.

Не следует замалчивать тенденцию к использованию всё более широкого материала предания в Евангелиях. Для толкования важно следующее: Евангелие от Марка, как самое раннее (записано около 70 г.), как мы видели, еще удивительно скупо. Оба Евангелия, написанные вслед за Марком, обхёмные Евангелия от Матфея и Луки, отчасти из апологетических соображений обнаруживают значительные изменения и дополнения. Любой человек легко может это проверить при помощи новозаветного "синопсиса", где рядом друг с другом представлены основные евангельские тексты о воскресении: Матфей с помощью рассказа о явлении Иисуса женщинам связывает происшедшее у могилы в Иерусалиме с галилейским явлением. У него впервые встречается сперва землетрясение, затем история со стражниками и исполнение указания ангела и Иисуса идти в Галилею, в конце концов, и явление одиннадцати апостолам на горе в Галилее с повелением учить и крестить все народы. Лука, однако, недолго думая, вообще вычеркивает указание идти в Галилею. Он умалчивает о галилейском явлении Иисуса и переносит все пасхальные события в важнейший с точки зрения богословия и жизни ранней церкви центр, Иерусалим. Он добавляет следующие элементы: мастерски написанный рассказ об учениках, идущих в Эммаус, явление одиннадцати апостолам в Иерусалиме, небольшую прощальную речь и краткое сообщение о вознесении Иисуса, встречающееся только у Луки, которое было включено в Деяния Апостолов и там значительно расширено.

При этом в позднейших Евангелиях многое из того, что ко времени их написания успело стать церковной практикой, возводится к повелению воскресшего: миссия и крещение у Матфея; преломление хлеба (каждый читатель, дойдя до эммаусской сцены, должен был вспоминать о трапезе Господней) у Луки: положение Петра и власть прощать грехи (данная каждому верующему) у Иоанна. У Марка и Матфея является один ангел, у Луки и Иоанна - два.

В свою очередь, значительно более позднее Евангелие от Иоанна, написанное предположительно около 100 года, при всех совпадениях с Лукой содержит также и новые элементы и мотивы: беседу с Марией Магдалиной, бег Петра и неназванного любимого ученика к могиле, собрание в иерусалимском зале с посыланием Духа в пасхальный вечер, история с неверующим Фомой, где мотив сомнения получил решающее развитие. Позднее с целью подтверждения идентичности Иисуса до и после воскресения была добавлена ещё целая глава с явлением на Геннисаретском озере, чудесным уловом рыбы, вкушением пищи и особым поручением Петру пасти овец. Здесь снова возникает мотив конкуренции между Петром, чьё первенство подтверждает первое явление Иисуса и очерёдность, и любимым учеником, который в четвёртом Евангелии совершенно очевидно предстаёт в качестве собственно гаранта предания.

В целом - в высшей степени запутанное развитие пасхального предания! Но тем не менее из этого можно сделать выводы о самом главном: с исторической точки зрения пасхальная вера, вероятнее всего, зародилась в Галилее, где вновь собрались разбежавшиеся ученики Иисуса, чтобы затем в ожидании возвращения вознесённого Сына человеческого отправиться в Иерусалим. Если выразить всевозможные дополнения, изменения и развития в пасхальной части количественно, то получится следующая картина: 8 стихов у Марка и 54 у Иоанна. В связи уже только с вышеизложенным состоянием источников можно сказать, что излагаемая в них информация не может претендовать на историчность и, скорее всего, обладает легендарным характером. Разнородность сообщений вытекает из разнородности и богословского своеобразия общин, авторов и редакторов.

При столь запутанном состоянии дел, бесспорно, возникает вопрос: что же самое главное среди этих противоречивых высказываний, представлений, образов и легенд? Быть может, для кого-то и вовсе напрашивается вопрос: возможно, вообще всё в этих пасхальных историях просто легенда? Ответ: нет, это, безусловно, не легенда в том смысле, как если бы всё это было благочестивой выдумкой! Но легенда в том смысле, что пасхальные истории во всей ограниченности по форме и содержанию, обусловленной временем написания, были направлены на представление, конкретизацию и защиту реальности новой жизни воскресшего. Что для традиционно воспитанного человека сначала может показаться пугающим, при ближайшем рассмотрении может привести как раз к освобождающему действию: пасхальная весть не идентична описанным здесь деталям пасхальных историй! Так же как и библейская весть о творении не идентична деталям библейского рассказа о шести днях творения Бога! Я могу верить в истинность Пасхи, при этом не считая истинным каждое слово, написанное в пасхальных историях. Ещё раз: здесь речь идёт не о полицейском рапорте, а о свидетельстве веры (обраставшем всё большими подробностями во время провозвестия)...

... О деле Иисуса, которое было предано его учениками, было решено самим Богом посредством воскресения к жизни: дело Иисуса имеет смысл и продолжается, поскольку он сам, потерпев полный крах, не остался мертвым, но, оправданный самим Богом, жив! Здесь произошло не новое божественное откровение, но он сам был явлен как истинное откровение Бога. Ещё при жизни, вопреки консервативно-буквалистскому пониманию Писания храмовой иерархией, Иисус апеллировал к Богу жизни и защищал веру в воскресение мёртвых. Ученики Иисуса ссылались на того же Бога жизни, проповедуя воскресение распятого Иисуса к жизни.
Таким образом, вера, о которой здесь идёт речь, основывается ни на каких-то благочестивых легендах или сенсационных небылицах. Вера также не основывается и непосредственно не видениях или опыте какого бы то ни было характера, который, однако, мог послужить первым толчком к вере для Павла и других учеников; хотя, как мы уже видели, наши знания относительно духовного опыта и мистических переживаний слишком ограничены и не позволяют нам объяснить, что же существует "между небом и землёй" и что же на самом деле скрывается за ветхо- и новозаветными историями призвания. Нет, вера в воскресение, вполне разумное сохранение доверия и надежды, основывается на реальности и активности самого Бога, который в Иисусе преодолел смерть.

Вне всякого сомнения, воскресение есть событие веры. Но значит ли это, что воскресение зависит от моей веры или же в то время зависело от веры учеников? Нет, Пасха, - это не следствие веры учеников. Иисус живёт не благодаря их вере. Пасха - это событие в первую очередь для самого Иисуса: Иисус снова живёт благодаря Богу - как вызов нашей вере! Предпосылкой этой новой жизни является не временное, но существенное превосходство, суверенность действия Бога. Лишь так становится возможной такая вера, в которой воскресший являет себя живым. Весть о воскресении, таким образом, есть свидетельство веры, но не её продукт. По отношению к вызывающей формулировке Бультмана "Иисус воскрес в керигму (провозвестие)" это означает следующее: Иисус живёт не потому (между прочим, и согласно Бультману), что его проповедуют, но его проповедуют, потому что он жив. То есть совсем иначе, чем в оратории Родиона Щедрина "Ленин в сердце народа", где у смертного одра Ленина красногвардеец поёт: "Нет, нет, нет! Этого не может быть! Ленин жив, жив, жив!"; и под этим подразумевается, что только лишь "дело Ленина" продолжается.""
Tags: высокое богословие, книжная полка, писание
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments