pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Из докладов Поместного собора РПЦ 1988 года

Архиепископ Иркутский и Читинский ХРИЗОСТОМ:

"...Говорилось о том, что необходимо иметь пастырю нравственный облик. Наша ответственность повышается в период перестройки и гласности. Наше общество говорит о повышении нравственности, духовности, но, это говорит светское общество. А что мы можем сказать верующим и неверующим не только словом, а прежде всего своим примером? Наше торжество началось служением литургии в Богоявленском соборе. Его совершали члены Священного Синода, прекрасно пели хоры, но как мы себя вели, архиереи, клирики? Может быть, у меня искаженное видение, но мне было стыдно за всех нас. Если бы мы по-смотрели на себя и друг на друга со стороны, не глазами священнослужителя, а глазами просто не церковного человека и тем более глазами атеиста, да еще воинствующего, то мы бы выглядели не лучшим образом. Служба была хорошая, мы даже не относились к ней как к спектаклю, ибо на спектакле зрители так себя не ведут, как мы себя вели. Многие иерархи стояли на видном месте, разговаривали, смеялись, и весь их облик показывал, что они не были проникнуты молитвой. И это тоже проповедь, только чего? Как мы можем проповедовать, призывать к молитве, если мы сами разучились молиться. Каждый из нас очень много говорит об объективных трудностях, что мы не имеем того, другого, третьего. Но не в этом главная беда и трудность.

В первые века христианство было вообще вне закона, не было книг, была изустная проповедь. Помню сороковые годы, с 1943 по 1954 годы у нас тоже было возрождение, даже более мощное, чем сейчас; открывались храмы тысячами! Священнослужители имели возможность и административной, и пастырской деятельности. С чего они начали и чём они кончили, я думаю, все, кто жил в то время, знают. Начинали с того, что покупали себе роскошные дома на самом видном месте, красили заборы в зеленый цвет. Приезжай в любое место: лучший дом с зеленым забором и злой собакой — дом местного священника, и к нему не подберешься. А машины — не просто «Волги», а ЗИЛы. Я думаю, что великим благом, Промыслительным действием Божиим было то, что в 1961 году отказались от административной деятельности. Это промыслительно потому что последующие годы были трудные, но если бы священники были у власти, то их всех бы пересажали на законном основании. В эти годы управляли административной деятельностью, были у ящика, у денег — светские люди. Да, они, может, быть, нечестно поступали, но они светские. По крайней мере, у нас не было возможности так широко пользоваться «церковным карманом», мы часто путаем его со своим.

Архиепископ Вологодский и Великоустюжский МИХАИЛ:

...Молитва — это есть, как мы с вами знаем из элементарного катехизиса, устремление ума и сердца к Богу, но скажите, пожалуйста, воспитываем ли мы молитвенников в наших иподиаконах, которые проходят, по существу, практическую школу церковного служения? А как они себя ведут и какие воспитательные меры мы принимаем для того, чтобы они молились, для того, чтобы они не превращали богослужения в ремесло? Ведь на самом деле это происходит именно так.
Причем происходит безобразие: когда они на глазах у народа, то идут как Ангелы Божии: выступают медленно, каждое движение, поворот рассчитаны и разработаны до мелочей, но как только входят в северную или южную двери алтаря, так один кричит другому: «Эй, Петька, почему ты не вовремя поклонился и свечу держал не наравне с моей?» Это иподиакон вошел в алтарь, в место особого присутствия Божия, и здесь позволяет себе такие вещи, которые он, конечно, не позволит себе на глазах у людей. Конечно, есть вещи, которые он не позволит себе на глазах у людей. Конечно, есть среди наших иподиаконов много благоговейных молодых людей, подающих надежды. Но я уверен, что когда иподиаконы, привыкшие к ремесленническому, внешнему исполнению своих обязанностей, становятся священнослужителями, невольно продолжают вести себя так же.
Нам очень трудно требовать благоговейного отношения к службе у священнослужителей, потому что происходит взаимное разложение: иподиаконы смотрят, как ведут себя заслуженные священники, как они болтают друг с другом во время Великого славословия и Отче наш, а священнослужители, смотря на веселое настроение иподиаконов, заражаются им и, естественно, ведут себя очень весело, более весело, чем это допустимо в святом храме.

Источник: ЖЖ consistory

Кстати, у архиеп. Михаила (Мудьюгина) есть еще более резкое высказывание по поводу роли иподьяконов при архиереях. Из книги "Русская православная церковность, вторая половина ХХ века":

Сами обязанности иподьяконов, сводящиеся к обслуживанию каждого шага и жеста архиерея, почти исключают для них возможность сколько-нибудь сосредоточенной молитвы и, таким образом, иподьяконство оказывается школой духовного развращения; для иподьякона, привыкшего заботиться о расстёгивании и застёгивании пуговиц омофора, даже в самые святые минуты евхаристического канона почти невозможна сердечная благоговейная молитва, хотя бы он и был к ней способен.
Tags: история, свет и тени в Церкви
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments