pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Еще одно свидетельство современника...

""...Грядёт ренессанс веры! Тогда это казалось именно им. Просто и очевидно. О, знать бы, чем сие пышное цветение чрез десятка два лет обернётся!

Какие-то очень давние и основательно подзаросшие мозолистой шкурой занозы вытаскиваешь из приватных, хронически саднящих поранений, со вниманием патологоанатома-любителя рассматривая сии артефакты в мелкоскоп. Иное же примечаешь по своим бывшим друзьям-однокашникам: попам, епископам, мирянам и вовсе из Церкви ушедшим, с которыми довелось сталкиваться.

Основное чувство, перебивающее многое другое: тоскливое осознание гигантского как бы надувательства со стороны бездушной, тупой бюрократической организации, воспроизводящей лишь саму себя и собственную набившую оскомину риторику, где "Христос" — всего лишь затасканный риторический приём, не более, а "волею Божией" прикрывается воля любого самодура из церковного начальства. Когда это понимаешь, тогда ничегошеньки в жизни изменить уже нельзя, ибо безнадёжно поздно. И, не желая подавлять или забывать, остаётся лишь со вздохом это принять.""


Вы думаете, это о сегодняшних православных?..
Очень похоже, но вовсе не о них!
Автор продолжает:

""Огромные надежды и романтические даже жертвы, уход в подпольные тогда ещё ордена и дажe монастыри и советским духом пропитанные и стукачами пронизанные семинарии в 1980-х, стремление к беззаветному "служению Богу", "борьбе с совецким безбожием" и всеобщим безверием, а потом — для дослужившихся до попов — церковная кофемолка, хомячий бег в колесе повседневного "еnnui", варенье в душно-прогорклом соку мелких внутрицерковных дрязг (некоторые почему-то называют это "служением Христу" и "жизнию в Церкви"), рутина беспросветной приходской работы, произвол честнЫх владык, затыкающих некоторыми талантливыми и образованными батюшками последние деревенские дыры в 5,5 старушек, горькое пианство и психологически заместительное компульсивное обжорство этих ксендзов-батюшек, а то и их уход за церковную ограду, с громким хлопом дверьми и без обороту назад . B ханжески-благочестивой церковной тусовке это называется "предательством Христа и Его Церкви": произносить это следует с брезгливо поджатыми, слегка закушенными бескровными губами, словно чрез силу выплёвывая.

Oстрое осознание иного измерения началось для меня c середины 1980-х, хотя заложено было с самого раннего детства. B то время Церковь казалась антимиром по отношению к глухой ватной атмосфере совецкой недействительности, символом свободы духа и мысли… Два-три десятилетия спустя всё печально поменялось. И ещё как поменялось!

Моя ситуация полупостороннего наблюдателя несколько особенная — по многоразличным причинам в поповке-духовке остаться не пришлось, но после многих лет в разных внутрицерковных средах и общинах и получении двух теологического магистерских дипломов в.п.с. всё же стяжал и неплохое светское гуманитарное образование (филолога-востоковеда), окончательного завершения коему пока не видно.

B латынской Ц., вопреки широко распространённому стереотипу, шибко образованных не особо жалуют — не на словах, но на деле. Об этом мне твердили в своё время ещё в Риге: "Семинария — это место духовного воспитания, а не образования", — это когда в.п.с. запирался по ночам в библиотеке и запоем читал книги на разных языках, будучи ex officio библиотекарем, коего принялся точить вдруг проснувшийся неумолимый червий познания, — чем и сыскал репутацию вольнодумца и неисправимого вольтерьянца. Уже годами позже, оказавшись волею тех же таинственных ветров во вроде бы католической (как считается) экс-габсбургской центральной Европе, в.п.с. с изумлением вдруг обнаружил, что никакой он более не вольтерьянец, но самый что ни на есть замшелый реакционер-консерватор и тем самым для многих собратиев и иных из ближних — предмет изощрённых насмешек, поучений и многоразличных укоров.

Жалею ли я о том, что во время оно (в мятежную пору бурливой юности) поддался нашёптываниям духа бунтарски-романтического искательства благородных внутренних приключений, множество мостов за собою порушив, а за сим и сам очертя голову pинувшись в омут неизвестности? Теперь уже — нисколько. Да и на факультете католического богословия в Венской Alma Mater Rudolphina учиться было, в общем, очень интересно, хотя тут и нету нисколечка заслуг Цэ (в моём случае, т. к. оплачивал учёбу и зарабатывал на жизнь я себе сам, ни от кого регулярных дотаций или стипендий не получая).

Смотрю на иных из своих латвийских однокашников, загнанных и уже полудохлых от хронической усталости поповских лошадок (лучшие из них замаливают себя до инфаркта, инсульта или экстатических видений), органически неспособных взгляд свой долее секунды сосредоточить на собеседнике, но прокручивающих по внутренней телевизии всё то, что "ещё непременно надо сегодня-завтра сделать, не забыть ". Cпрашиваю себя — хотелось ли для себя такого? Есть ли в этом иной смысл, кроме "поддержания традиций" и иной этнографии? И не уверен в ответе.

Но что любезно предлагают мне матерьялисты-безбожники (Невзоров и компания)? "Некробиоз". Или там горстка молотого пепла после кремации. Фи, какая гадость... Цэ, при всей неподлинности многих её функционёров, при её „Брегетах“ и мерседесах (сразу оговорюсь: в латвийской латынской поповке такие штуки скорее исключение, чем правило), хотя бы напоминает о надежде, если и не дарует её — в своей дебелой беспомощности и занудстве затёртых фраз. Безбожники радуются гниению и смерти (Базаров, сецирующих лягушек) и абсолютному небытию, где даже глухой черноты — нет и быть не может. Цэ, напротив, говорит: "Это ещё не всё! Далеко не всё..."

Так, может, именно в этом подлинная роль в мыло загнанных деревенских поповских лошадушек (каковы бы ни были их личные качества) — НАПОМИНАТЬ о надежде, кидая утопающему в болотной трясине соломинку?

"А с попами-то лучше!" (В. В. Розанов)""

http://edgar-leitan.livejournal.com/224776.html

Тут, конечно, можно объяснить всё нашей общей "советскостью", но это давно уже не убеждает, по крайней мере, меня. Ибо сама эта советскость, укоренившаяся в России в первой половине ХХ века, откуда взялась? Неужто извне принесена? Правда, многие представители послереволюционной эмиграции достойно себя поставили впоследствии... Или их было не так уж много, а большую часть составляла неоднородная масса, среди которой происходили разные политические и прочие дрязги? С другой стороны, и в советской России было немало прекрасных людей, которых сейчас уж не сыщешь. Россия всегда была противоречивой страной с разнонаправленными течениями. Но если общая тенденция идёт к упадку и угасанию, тёмные силы неизбежно в такой разноголосице будут превалировать.

Константин Леонтьев не зря пророчествовал еще в XIX веке:

«... ... через какие-нибудь полвека, не более, русский народ из народа «богоносца» станет мало-по-малу и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей... ... Евреи были гораздо более нас, в свое время, избранным народом, ибо они тогда были одни во всем мире, веровавшие в Единого Бога, и однако, они же распяли на кресте Христа, Сына Божия, когда Он сошел к ним на землю... ... Русское общество, и без того довольно эгалитарное по привычкам, помчится еще быстрее всякого другого по смертному пути всесмешения и – кто знает? – подобно евреям, не ожидавшим, что из недр их выйдет Учитель Новой Веры, – и мы, неожиданно, лет через 100 каких-нибудь, из наших государственных недр, сперва бессословных, а потом безцерковных или уже слабо-церковных, – родим того самого антихриста, о котором говорит епископ Феофан вместе с другими духовными писателями»

Что касается собственно жизни церковной, то ясно, что эпоха гонений на церковь в России уже настала. Пока - со стороны "системщиков" самой структуры РПЦ или РКЦ. Потом, через несколько лет, не исключено, что будет волна внешних гонений, которая не будет разбирать ни правых, ни виноватых. Что остаётся "малому стаду"?
Сегодня звучали на литургии ободряющие слова апостола (2 Кор., 4):

"Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа.
7 Но сокровище сие мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам.
8 Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся;
9 мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем.
10 Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем.
11 Ибо мы живые непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в смертной плоти нашей,
12 так что смерть действует в нас, а жизнь в вас.
13 Но, имея тот же дух веры, как написано: я веровал и потому говорил, и мы веруем, потому и говорим,
14 зная, что Воскресивший Господа Иисуса воскресит через Иисуса и нас и поставит перед Собою с вами.
15 Ибо всё для вас, дабы обилие благодати тем большую во многих произвело благодарность во славу Божию.
16 Посему мы не унываем; но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется
."
Tags: свет и тени в Церкви
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments