pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Categories:

Дискуссия с Александром Ткаченко (2)

(Начало в предыдущей записи)

Ответ Александра

Батюшка, очень признателен Вам за внимание к моей публикации и тот труд, который Вы проделали, анализируя текст статьи и те проблемы, которые послужили причиной ее написания. С радостью откликаюсь на Ваш призыв – чаще общаться на подобные больные темы. Думаю, для начала, мне следовало бы сделать некоторые пояснения, в связи с Вашими замечаниями по тексту статьи и тем мыслям, которые я пытался в ней выразить. К сожалению, журнальный формат предполагает очень жесткие ограничения материала по объему, и, конечно же, некоторые существенные мысли статьи оказались не выявлены в достаточной степени. С помощью Ваших замечаний постараюсь несколько прояснить то, что оказалось непонятным, или непонятым.

Вы пишете: «…если церковь земная не имеет черт святости, неотмирности, если она в лице конкретного сообщества в данный момент времени и в определенном месте плохо справляется со своей основной задачей, а именно открывать присутствие Христа среди церковного собрания, согласно евангельскому слову «где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20), то резонно возникает вопрос – а зачем тогда она нужна? Скорее тогда у критически мыслящего человека придут на память другие слова: «Возненавидех церковь лукавнующих, и с нечестивыми не сяду» (Пс. 25; в русском переводе читаем «возненавидел я сборище злонамеренных»)»

Простите, но с этим соображением я согласиться не могу, несмотря на всю его формальную стройность. Святителя Иоанна Златоуста трудно упрекнуть в недостаточной критичности мышления – по образованию он был адвокат. И Константинопольская церковная организация в период его отлучения являла собою отнюдь не образ святости (один «собор под дубом» чего стоил!) Осудив Златоуста, церковь-организация недвусмысленным образом исполнила «заказ» императрицы. Куда уж ниже падать! Однако же, Святитель не «возненавидех церковь лукавнующих и нечестивых», напротив – отправляясь в ссылку, ставшую для него – казнью, он беспокоился о том, чтобы у оставленной им церковной организации появился достойный епископ, чтобы не было в ней расколов и возмущений. Может быть, с формальной точки зрения, Иоанн Златоуст был не прав в данном случае. Но я почитаю для себя за благо присоединиться к его точке зрения на эту проблему.

Далее, мне показались очень важными следующие Ваши слова: «…Является ли любая критика, любое обличение таким отделением прежде созревания и тех, и других ростков? Разумеется, нет, хотя всегда есть такой риск. Это примерно так же, как разграничивать понятия обличения и осуждения. Осуждение есть то самое вырывание ростков плевел, а вместе с ними и пшеницы! Обличение по форме может быть похоже и даже казаться со стороны неким осуждением, но по сути оно движимо любовью к грешникам, но неприятием самого греха».

Вот с этим – трижды согласен! Как и с последующей Вашей репликой: «…Весь вопрос в исходном внутреннем намерении подобных резких обличений. Но кто может вообще тогда судить со стороны о намерениях любого человека и утверждать, к примеру, что он выдергивает с плевелами и пшеницу? Я сам могу лишь анализировать свои собственные намерения в подобных случаях.».

Именно к этому я всегда стремился сам, и об этом же хотел сказать в обсуждаемой нами статье – только свои собственные намерения можно попытаться оценить должным образом, хотя и тут тоже всегда есть опасность ошибки. Поэтому я ни словом не касался в статье мотивов и устремлений Дмитрия Соколова-Митрича, а лишь указал на методологические и терминологические ошибки в его рассуждениях о Церкви.

Что же касается обличения и осуждения, то тут есть свои «подводные камни», которые можно не заметить, руководствуясь одним лишь принципом «благого мотива». Ведь проблема разграничения этих похожих, но противоположных по духовному смыслу понятий, возникла не сегодня и не вчера. До нас с Вами ее уже много раз рассматривали люди, чье мнение вполне достойно нашего внимания. Я мог бы привести множество цитат из творений святых отцов, рассуждавших о данном вопросе в самые разные эпохи. Но ради экономии времени, ограничусь лишь мыслью святителя Игнатия (Брянчанинова), которая, как мне кажется, наиболее кратко и полно выражает общую святоотеческую позицию по этому поводу:

«Господь воспретил не только осуждать ближних, но и судить их (Лк 6:37), когда не представляется необходимости учинить суд правильный для своей и общественной пользы. Последнего рода суд есть вящшее закона (Ин7:24), по определению Господа; без такого суда добро не может быть отделенным от зла, наша деятельность не может быть правильною и богоугодною…». – Вот, казалось бы, прямое подтверждение Вашим словам о необходимости обличения чужого греха и отделения зла от добра. Но посмотрите, что же пишет Святитель далее: «…Этот суд редко встречается между человеками; но судом и осуждением, воспрещенными Господом, они занимаются непрестанно. По какой причине? По причине совершенного невнимания себе, по причине забвения своей греховности, по причине совершенного пренебрежения покаянием, по причине самомнения и гордости. Господь пришел на землю спасти грешников, а потому от всех человеков непременно требуется сознание в греховности; суждение же и осуждение ближних есть отвержение этого сознания и присвоение не принадлежащей себе праведности; из нее-то и производится суждение и осуждение: имя лицемера для всякого судящего и осуждающего ближних есть имя самое свойственное».

Я ни в коей мере не хочу отнести эти слова к Вам, или к кому-либо еще. Как Вы совершенно справедливо заметили, отнести или не отнести их к себе – каждый решает сам. Когда я вижу какое-то, как мне кажется – вопиющее безобразие, то всегда стараюсь помнить, что обличение, вертящееся у меня на языке (или на пере) может быть продиктовано вовсе не любовью к обличаемым грешникам и не стремлением к правде Божией, а моими собственными страстями, рвущимися наружу под благовидным предлогом. И, как правило, по прошествии некоторого времени, уже отчетливо вижу, что дело обстоит именно так – «обличением» я пытался прикрыть куда менее благородные движения своей души. В данном вопросе мой личный опыт полностью подтверждает истинность слов святителя Игнатия. И пренебрегать ими я просто не могу.

Если же кто-либо считает, что такое обличение входит в круг его обязанностей и продиктовано стремлением к благу – Бог в помощь! Святитель Филарет Московский писал: «Правду говорить - дело хорошее, когда нас призывает к тому обязанность или любовь к ближнему, но сие делать надобно, сколь возможно, без осуждения ближнего и без тщеславия и превозношения себя, как будто лучше другого знающего правду. Но при том надобно знать людей и дела, чтобы вместо правды не сказать укоризны и вместо мира и пользы не произвести вражды и вреда».

К сожалению, я так не умею… И тщеславие, и превозношение себя, и мнение об исключительной своей компетенции – все это я постоянно вижу в своей душе, когда доходит дело до какого-либо конкретного случая, достойного, на мой взгляд, обличения. А вот знания людей, которых хочется обличить, и досконального знания их дел – этого в себе не обретаю, увы.

Чтобы еще более подробно пояснить свою позицию по обсуждаемой нами теме, я воспользуюсь еще одной Вашей цитатой: «Вообще, ставка на индивидуальное спасение с принципом «начни с себя» хотя и необходима, но не достаточна. Здесь вполне может культивироваться обыкновенный и слишком человеческий индивидуализм с его страусиным зарыванием головы в песок или принципом «моя хата с краю, ничего не знаю».

Обывательский индивидуализм – штука малосимпатичная. Однако подобная позиция может быть объяснена и совсем другими мотивами. Мне очень дороги и близки в этом смысле слова преподобного Исаака Сирина: «Знай, что для этого нам и надобно не выходить из келии, чтобы не знать худых дел человеческих, и тогда, в неведении ума своего, во всех видеть людей святых и добрых». Увы, сегодня очень трудно полностью дистанцироваться от информации о худых делах человеческих. Но я стараюсь помнить об этом наставлении, чтобы по возможности сохранять хотя бы этот вектор отношения к чужим грехам.

Критиковать же мысли Бердяева о Церкви не считаю здесь нужным. Да и в отношении себя – не сочтите за критику то, что я здесь написал. Вы поделились своими взглядами на проблему, я – своими. Вот и вышло у нас небольшое обсуждение. Которое, - очень надеюсь, - не переросло в осуждение или суд :). Еще раз благодарю Вас за неравнодушное прочтение моей статьи. И поздравляю Вас с Воскресением Христовым!

С искренним уважением и братской любовью во Христе

Александр Ткаченко.
------------------------------------------------------


Дорогой Александр, спасибо за ваш ответ, тем более, такой быстрый и оперативный!
Опять же отвечу по тем вашим утверждением, по которым, как мне кажется, далеко не так все очевидно, для меня, во всяком случае.

Что касается высказывания «возненавидех церковь лукавнующих» из 25-го псалма, то я привел его в пример как классический случай оценки, суждения, зафиксированного, между прочим, в Священном Писании. Не более того, но и не менее! Это не значит, что я непременно соглашаюсь с этим утверждением насчет нашей церковности в настоящем (иначе меня давно бы здесь не было уже!), но просто написал, что подобные суждения могут придти на ум у критически мыслящего человека. И не только могут, но и еще как приходят! – весь интернет не первый год уже пестрит выпадами как против РПЦ в целом, так и в адрес ее отдельных видных представителей, да и простых священников, хотя бы потому, что они служат в этой организации. И никакие ссылки на авторитет Златоуста или кого-то другого здесь не помогут. Златоуст жил в свое время и нес свой крест, он поступал по удостоверению своего ума и совести. Если кто-то из наших современников будет поступать иначе, это его выбор, продиктованный его личным опытом и его совестью, не так ли? Единство Церкви – вещь неплохая сама по себе, но любой ли ценой она может быть достигнута или сохранена? Я думаю, если каждый из нас будет до конца самим собой, прислушиваясь к своей совести и не оглядываясь только на прошлые авторитеты, какие бы они ни были, а исходя из неповторимой ситуации, в которую каждый раз мы можем быть поставлены здесь и сейчас, то именно тогда будет исполнена воля Господня. Разделение же христиан на разные конфессии и деноминации – вещь по-своему промыслительная, подобно тому, как произошло разделение некогда единого немногочисленного народа на разные языки (Быт. 11, 1-9). Или когда единый изначально Израиль после царя Соломона разделился на северное Израильское царство и южное Иудейское, то пророку Самею было прямым текстом сказано: «от Меня это было» (3 Цар. 12, 24). Разумеется, единство в главном при разномыслии во второстепенном, - вариант наилучший!

Что касается суждений, обсуждений, судов и т.д. На мой взгляд, тут есть одно недоразумение, связанное с тем, что обычно после слов «Не судите, да не судимы будете» забывают то, что следует дальше. А дальше следует просто: «ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить». Так вот, весь вопрос в мере и справедливости суждений. «Не судите по наружности, но судите судом праведным» (Ин. 7, 24). Кстати, сам еп. Игнатий, на которого Вы ссылаетесь, не вполне удачно применял свой же рекомендованный принцип, когда несправедливо и предвзято раскритиковал книгу «О подражании Христу» Фомы Кемпийского. С таким же успехом и подобными же мерками можно было и апостола Павла в пух и прах разнести за его чувственность, гордыню и превозношение, например (современники апостола, кстати, так и делали). И сознание своей греховности явно тут не помогло.

Что же касается рекомендации преп. Исаака Сирина, то она имеет весьма ограниченное применение, причем не только в сегодняшней жизни, но и во все времена. Она может быть полезной лишь для небольшого числа людей с особо уязвимой психикой, а такие среди монахов всегда встречались и встречаются. А вот универсализация подобных аскетических утверждений не раз приводила к абсурду. Ведь согласитесь, что в самом Писании можно найти множество всяких рекомендаций, имеющих весьма относительное значение и лишь условно применимых. Одно из них я привел с самого начала, с которым Вы не согласились. Вот еще, например, из Экклесиаста: «Во многой мудрости много печали, и кто умножает познания, умножает скорбь» (Еккл. 1, 18). Следует ли отсюда, что обскурантизм наиболее предпочтителен?

В заключение еще хочу отметить, что далеко не первый раз уже от разных пишущих встречаю отсылки на судьбы различных древних святых и разные несимпатичные ситуации в церковной истории. Их можно свести к следующему резюме: «Рая на земле не было и не будет, мир во зле лежит, и в истории Церкви – ВСЕ ЭТО УЖЕ БЫЛО!». И вот с некоторых пор меня эти слова уже не убеждают совершенно. Было – и что? ДА, все это было, и во времена Златоуста, и митр. Филиппа, но почему это ДОЛЖНО БЫТЬ и дальше? И разве ТАК должно быть? Давайте, может быть, вместе думать и учиться на ошибках прошлого, не только на индивидуальном уровне, но и в общецерковном масштабе? Или же будем оставаться фаталистами? Утверждение "Рая на земле не было и нет" все-таки не аргумент против прошений "Да придет Царствие Твое", "Да будет воля Твоя на земле, как на небе". В чем смысл, кстати, этих прошений и куда в действительности это Царство должно придти, при участии, между прочим, каждого христианина? Утверждение, что, например, "Церковь не ограничивается ее земной частью в конкретном месте" на практике выражается в полном попустительстве злу со стороны благочестивых православных на конкретном участке церковной жизни... Смотрим в небеса (в отдаленное загробное будущее), а на земле делом обустройства общественной жизни давно уже занимаются неверующие или нехристиане. Занимаются, как могут, когда худо-бедно, а когда и неплохо, а мы с готовностью пользуемся их же плодами труда.

Взаимно с искренней любовью о Господе,
Ваш
Свящ. Филипп
Tags: свет и тени в Церкви
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments