pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Четверть века назад

В марте 1985-го во главе СССР стал Михаил Горбачев. Подавляющее большинство самых разных людей всех возрастов встретили его выдвижение с большими надеждами. Конечно, не все они оправдались впоследствии… Но по сравнению со многими другими «старцами» Политбюро Горбачев выглядел не просто выигрышно, а вне всякой конкуренции! Предыдущие годы при Л.И. Брежневе хотя и были относительно благополучными во многих отношениях, но та атмосфера медленно разлагавшегося социализма с его лицемерной риторикой порядком уже многим поднадоела. Брежнева между собой называли не иначе, как пренебрежительно «Лёня», а в школе рассказывали десятки разных анекдотов, передразнивая его речь на всяких публичных выступлениях.

Для меня и многих сверстников он воспринимался чуть ли не вечным, с некоторым недоумением: ну неужели никем другим его нельзя заменить?...
И вот, сразу же после ноябрьских праздников 1982 года вдруг выясняется, что он умер. День похорон его объявили нерабочим днем, и, однако, всех нас все-таки согнали в школу и усадили смотреть телевизор (я учился тогда в 9-м классе). Сменившего его тогда Юрия Андропова многие восприняли с одобрением, из старшего поколения и среди людей попроще. Из интеллигенции – безусловно, критически: из КГБ, во-первых, и подавил венгерское восстание 1956 года, во-вторых. Но жажда того, чтобы «порядок был наведен», помню, была у довольно многих (взятки тогда уже приняли почти что всеобщий и негласно узаконенный масштаб). Потом слышно было, что на улицах стали отлавливать каких-нибудь праздных и подозрительных тунеядствующих лиц; потом, что в магазинах появилась какая-то новая водка по цене 3 р. 70 к., которую тут же прозвали «Андроповкой». Вот, пожалуй, чем запомнилось лично мне то время. Андропову суждено было пробыть на своем посту чуть более года, и в феврале 1984-го вся страна его хоронит вслед за Брежневым (я тогда готовился к окончанию школы).
Да, возмущала эта страсть к переименованиям и увековечиваниям памяти первых лиц: Черемушкинский район Москвы переименовали в Брежневский, а город Набережные Челны в Татарии назвали Брежневым (ну разумеется, «по просьбам трудящихся»!). Потом Рыбинску Ярославской области выпала участь некоторое время называться Андроповым…

Андропова сменяет Константин Черненко, фактически в своей немощи повторявший во многом Брежнева; всерьез его вообще трудно было воспринимать. Похороны Черненко год спустя уже виделись с долей иронии: когда, мол, будет следующий раз и кого?... Я учился уже на первом курсе Биофака МГУ. Горбачев на всем этом фоне, и чем дальше, тем больше, повторю, воспринимался как настоящий глоток свежего воздуха. Хотя по-началу ничего, естественно, не предвещало дальшейшие перемены. Лично мне как раз в то время пришлось призваться со студенческой скамьи на два года в армию (с 84-го года отменили все отсрочки и брони на военных кафедрах в вузах, оставив на привилегированном положении среди них, кажется, два-три). Газеты образца 1985-86 года, как и до того, читать было невозможно (кроме любителей-искателей каких-нибудь примет, свидетельствовавших об определенных незначительных переменах и перестановках в руководстве). Ну и, конечно, вспоминается нашумевшая антиалкогольная кампания того же времени… Меры принимать какие-то не помешало бы, с одной стороны, но во что это все выливалось и какие карикатурные и даже маразматические формы приобретало на местах! Время показало, что фактически все сошло на нет впоследствии.

Но вот где-то в самом конце 1986-го – начале 87-го лед тронулся. Горбачев все более уверенно и свободно говорит с народом, выступая часто без заранее заготовленного текста (какой контраст по сравнению с Брежневым или Черненко! Правда, впоследствии была и обратная сторона его речистости, когда он мог в течение получаса говорить... ни о чем по сути, и это жутко раздражало ). Сахарова возвращают из ссылки, выпускают разных политзаключенных-диссидентов. Журнал «Огонёк» или газета «Московские новости» из номера в номер начинают греметь своими критическими или разоблачительными публикациями, пока против Сталина и сталинизма. Но уже многие понимают, что это только поверхность, корни надо глубже искать вместо возвращения к «ленинским нормам», «ленинским принципам» руководства страной. Помню название доклада Горбачева на 70-летие Октябрьской революции: «Октябрь и перестройка – революция продолжается». Тогда эти слова совершенно не воспринимались, зато 4 года спустя они обрели довольно пугающую реальность… А пока заговорили о «социализме с человеческим лицом», по подобию Пражской весны 1968-го. И ведь надо отметить, что в это короткое время, 1986 - начале 89 гг., он таким и стал, этот социализм, прежде, чем развалиться окончательно и уйти в историю! Повсюду, если не в официальной прессе, то уже в самиздатских бюллетенях и журнальчиках, обсуждаются самые острые проблемы истории и современности, слушаются «вражьи голоса», особенно радио «Свобода», а в экономике и торговле разворачиваются всякие кооперативы, говорится о «самоокупаемости и самофинансировании» предприятий… Самое большее, за что можно было тогда угодить на 10 суток под арест, это за несанкционированные митинги в составе Демократического Союза, скажем, на 70-летнюю годовщину красного террора (Валерия Новодворская тогда уже набирала свою славу). А вот с середины 89-го все больше начинаются какие-то пробуксовки (и вместе с тем пора безграничной свободы слова, когда с трибуны первого Съезда народных депутатов уже слышалось то, за что раньше можно было лишиться работы или даже схлопотать срок). То мыло пропадет из продажи, то какие-нибудь отдельные продукты питания. Интеллигенция все больше и больше начинает критиковать Горбачева за непоследовательность и медлительность реформ, тогда как внутри ЦК КПСС ему же все больше сопротивляются его коллеги по партии, настроенные консервативно и вполне коммунистически. Соответственно, Горбачев пытается лавировать между двух перекрестных огней и то разразится какими-нибудь зловещими обвинениями в «подбрасывании» идей антисоциалистических и чуждых перестройке, то скажет, что назад пути нет и т.д. Такими вот то рывками, то «шаг вперед, два шага назад», дошли до августа 1991 года. Когда сам Михаил Сергеевич оказался заложником того самого процесса, который пошел пятью годами ранее («Процесс пошел», напоминаю, было одним из его характерных выражений).

Почему-то многие сейчас отзываются о Горбачеве либо пренебрежительно, либо даже совсем уж уничижительно, прежде всего пеняя ему развал СССР. Но причем здесь он? Мина замедленного действия была уже заложена, пожалуй, в 1922 году при образовании СССР с республиками по национально-территориальному принципу. С правом (или скорее теоретической возможностью) выхода из него… Центробежные силы обозначились уже в 1917-м, а подавлены были лишь диктатурой. Но вообще здесь есть одна весьма сложная проблема. При жестком идеологическом авторитаризме мало кто выступал в национальных окраинах, зато с наступлением гласности и свободы разгорелись межнациональные конфликты, выродившиеся в какое-то суверенобесие. И вообще, можно было наблюдать и в самой Москве, что чем больше давалось демократических послаблений, тем больше вчерашние «молчалины», от которых ни слова нельзя было услышать доселе, кричали «мало!» а то и просто «долой!». Что лучше в таких условиях – диктат или свобода? С точки зрения вечности и достоинства человека – свобода, безусловно. Однако, часто получается, что свободу сами люди не ценят и ведут себя в ответ чисто по-рабски. По-рабски либо ждут очередной сильной руки, либо бунтуют бессмысленно и беспощадно. Но это лишь свидетельствует о том, что многим из нас дан был шанс, который просто не был, увы, использован плодотворно! Чего ж удивляться, что в некоторых проявлениях нашей жизни ее теперь не достает?..

Ну а как вам, дорогие читатели моего поколения или старше, запомнилось то самое время?..
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →