pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Как человек меняется в церковной системе? Типы перемен

Из "Исповеди семинариста".

""Первая степень перемен человека — когда он замыкается на православии, на своих собственных объяснениях окружающей обстановки вроде того, что нужно смиряться, терпеть, жить по заповедям, несмотря ни на что и т.п. На практике это просто эгоистическая логика, которая сконцентрирована на самом себе, на «я» человека. Вот вбил он в себе в голову, что мир устроен так, а остальное неважно. Если я не могу и не знаю, как решить эти проблемы, то пусть на них висит православное объяснение-табу, которое меня освободит от какого-либо размышления над данной проблемой. Такие идут потом в священники, становятся «духовными пастырями», диаконами. В них много такой ложной духовности, они мнят себя настоящими христианами, которые могут побороться с любыми искушениями в системе и продолжить веровать в своего карманного бога. Подобное было и до революции. Правда, потом почему-то все ахнули и стали удивляться, а что же нас тут большевики на мясо пустили?! Видимо, не просто так, видимо, недостаточно людям было объяснений-табу.

Второй уровень изменения в семинаристах состоит в проявлении в них «лучших» чувств, которые может породить православная система: чувства лицемерия, лизоблюдства, стукачества, заискивания перед начальством. Это достаточно распространенное явление в Русской церкви. Можно даже сказать, что 95% межличностных отношений внутри церкви строятся по этим принципам. Это, как говорили в совке, базис.

Приведу один пример. Был у нас на курсе один лицемер. Он говорил неимоверное количество комплиментов начальству, старался всяческих услужить ему, делал неимоверное количество усилий для этого. Кажется, что он стал профессионалом-«лингвистом» в области угождений начальству. На одной из перемен между ним и еще одним студентом произошел небольшой конфликт. Студент ему высказал все по поводу того, что тот лизоблюд и лицемер. В ответ он услышал следующее: «Да, я такой, ничего в этом не вижу проблемного. Посмотрим через 5 лет кто из нас и где будет. Вы с вашей правдой — и я со своими способностями!»

И ведь прав был, змеюка! Сейчас он весь в наградах, настоятель храма, служит при епископе. Таких, как он, было не мало в семинарии. Все стали настоятелями или влиятельными попами. В семинарии, как и в церкви, все построено на принципах лицемерия и лизоблюдства. Любая церковная карьера строится только по этому типу. Если вы видите состоятельного и состоявшегося попа, то он либо где-то промолчал, потоптав Евангелие ногами, либо же он сделал красивый реверанс по отношению к местному архиерею. Таких людей достаточно много сегодня в церкви. Они делают свою карьеру за счет людей первого типа, которые все время прибедняются и натягивают на себя маску духовности. За счет таких «духовных» рабов очень легко и просто делать карьеру и строить церковную жизнь.

Третий тип перемен семинаристов состоит в том, что среди них формируется тип либеральных христиан, в каком-то смысле даже нонконформистов. К таким взглядам приходят, когда понимают, что все церковные правила и порядки уже отжили свое, что они абсолютно не работают, от них пахнет мхом, плесенью и гнилью. Поэтому они путем несложных умозаключений приходят к тому, что сегодня нужно жить так, как живут люди в XXI-м веке, не нужно стараться перегружать людей какой-то античной или средневековой фантазией, которую придумали странные монахи.

Сегодня, чтобы стать священником в РПЦ, нужно обязательно быть в первых двух группах людей. Это совершенно четкие и понятные позиции. Занимать же третью позицию и идти в священники достаточно проблематично. Есть много примеров среди либеральных священников, когда человек ощущает себя просто не в своем корыте. Очень трудно сегодня живется таким священникам как отцы Алексий Уминский, Петр Мещеринов, Георгий Митрофанов. К этому кругу людей можно также отнести убиенных отцов Александра Меня и Павла Адельгейма. В современной церкви запрещено живое, настоящее и свободное мышление. Люди, мыслящие таким образом, подвергаются различным притеснениям и гонениям со стороны епархиального начальства, а также третируются местным епархиальным священством. Это, кстати, еще одно из качеств современной церкви. Если человек человеку волк, то священник священнику — волчище. В церкви нет братства, в церкви фактически даже нет нормальных человеческих отношений. Ведь те, кто тебе улыбался вчера, завтра воткнут тебе нож в спину. «Брутова» система.

Если либеральный семинарист становится священником, то он должен быть готов или к тому, чтобы подстроиться под начальство и стать как все (этакий тайный либерализм), серой мышью и «рабом божиим» на храмовом хозяйстве епископа, либо же пойти в мир и стать обычным прихожанином с либеральным взглядом на христианство.

Четвертый тип перемен – радикальные перемены. Насмотревшись церковной ситуации, узнав в подробностях как строится церковный бизнес и какие люди заправляют церковью, ряд семинаристов выбирает радикальный путь. Кто-то становится агностиком, а кто-то становится атеистом. Я с удивлением для себя обнаружил, что среди священников есть немалое количество атеистов. Они просто живут, служат, зарабатывают на безголовых прихожанах деньги. При этом они прекрасно понимают, что с амвона и на исповедях рассказывают людям русские народные сказки. На определенном этапе церковной и семинарской жизни становится понятно, что даже многие из епископата, настоятелей монастырей далеко не такие верующие, какими они любят прикидываться перед прихожанами. Перед прихожанами они все ксеньюшки блаженные и себя ради юродивые.

Поскольку вера проявляется в поведении человека, то по поведению архиереев и маститых настоятелей можно многое сказать. Становится понятным то, что они просто конъюнктурщики и карьеристы, в Бога давно не верят, но людей околпачивают. Еще Достоевский об этом писал в легенде о «Великом инквизиторе». Там же все четко изложено. Пусть он образы католической церкви приводил, но, как по мне так, в этой легенде Достоевский выступил как лютый тролль православной церкви. Правда, последняя этого не заметила и не запретила читать Достоевского своим верующим.""

Виктор Норкин

Понятно, что в очередной раз недовольным читателям можно будет упрекнуть автора в субъективизме, в обобщениях и прочем.
Но я лично сам наблюдал все перечисленные типы, кроме четвертого среди духовенства. Но четвертый мне неоднократно попадался среди пользователей интернета и того же ЖЖ. Причем начинали они с весьма строгого и охранительного православия, с фундаментализма, можно сказать. А потом, подтачиваемые сомнениями, они через несколько лет ударялись в противоположную крайность, не просто в либерализм без границ, а в полный нигилизм и скептицизм, причем на глазах можно было проследить их эволюцию, лет за пять-семь (а я активно пишу в ЖЖ с 2007 года, то есть десять лет, плюс два года до того на православных интернет-форумах). Но это были рядовые верующие, может быть, чуть более активные в разных обсуждениях, чем среднестатистические. Могут ли подобные сейчас встречаться среди священников? То, что есть среди них прожженные циники, уже становится ясным. Насчет неверия или атеизма ничего не могу утверждать точно, но если среди рядовых членов РПЦ это происходило, то служители не из другого же теста сложены... Всё в нашей жизни может быть
.
Tags: свет и тени в Церкви
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments