pretre_philippe (священник Филипп П.) (pretre_philippe) wrote,
pretre_philippe (священник Филипп П.)
pretre_philippe

Церковная оппозиция или личная святость? (продолжение)

Из беседы с А. Ткаченко (см. предыдущую запись)

А.Т.: ...Вот это большая беда, вот в этой позиции, против которой я с самого начала сказал, что мне она не нравится именно своим несоответствием реальному положению дел. То есть, хорошие, умные люди говорят хорошие, умные, правильные вещи на своем языке, обращая их к людям гораздо более низкого образовательного ценза, которые, заведомо, в большинстве своем не смогут воспринимать адекватно. И вот мне интересно просто про положительную программу, я все время Вас перебиваю. Так вот, как-то тезисно сформулировать можно, можно? Вот какой выход Вы видите из этой ситуации? Пока я услышал, что нужно ослабить действие вертикали власти в организационной структуре Церкви.
Я: Да, дать больше свободы. Да, дать больше пространства.
А.Т.: То бишь, эти статьи отца Петра, с которыми Вы согласны, во многом Ваши, не в претензию Вам, я сейчас только о позиции говорю с Вами по этой точки зрения. Они в расчете на что написаны? В расчете на то, что прочитает какой-нибудь Владыка Ювеналий, да и не подумает: а не расслабить ли вертикаль власти?.
Я: Конечно нет.
А.Т.: Конечно нет. То бишь, они рассчитаны на прочтение, мягко говоря, рядовыми членами Церкви.
Я: Единомышленниками, да.
А.Т.: Так в чьей компетенции вот сегодня у нас находится решение данной проблемы таким образом? Среди Ваших единомышленников потенциальных Вы себе видите кого-то, кто, прочитав это, может приложить какое-то реальное конструктивное решение и ослабить действие вертикали власти в Церкви?
Я: Пока конкретных имен нет.
А.Т.: Мне конкретные имена не нужны. Мне просто интересно, как Вы фактически себе это представляете. Кому это адресовано?
Я: Фактически…
А.Т.: Вот смотрите, то есть, этот вопрос сегодня находится исключительно в компетенции священноначалия. На прочтение и понимание священноначалия Вы не рассчитываете, слишком высокий уровень…
Я: Нет, не то, что не рассчитываю. Я не рассчитываю на то, что они непременно отреагируют на эти слова, на это не рассчитываю... Хотя отчасти я знаю, я даже знаю, что кое-кто из окружения, кое-кто читает мой журнал.
А.Т.: Что он читает - это одно дело. А вот насколько реальным Вам представляется, что встанет там епископ или несколько епископов на собрании, архиереев и скажет: «Владыки!» Это карикатурно конечно. Ну хорошо, не карикатурно, каким-то другим образом. Извините, я действительно утрирую. Ну это же не реально всё!
Я: Понимаете, в чем дело. Я рассчитываю все-таки на какой-то эволюционный процесс, понимаете?..
А.Т.: А вот смотрите дальше...
Я: Один напишет, другой напишет. А потом больше будут люди обсуждать и как-то напоминать о каких-то проблемах. Вот волей или неволей, каплей за каплей, и что-то, наверное, как-то это сдвинется.
А.Т.: Ну, то бишь, если я не ошибаюсь в своих предварительных каких-то оценках, Вы рассчитываете эту вертикаль власти таким образом раскачать снизу.
Я: Я ничего не хочу раскачать.
А.Т.: Ну опять же не под запись. Я просто.
Я: Я понимаю. «Раскачать» - это не то слово. Преобразовать немножко.
А.Т.: Ослабить.
Я: Ну да, да.
А.Т.: От «раскачать» это очень близко. То есть, Вы хотите ослабить вертикаль власти путем эволюционных преобразований в сознании людей, рядового состава церковной организации.
Я: Да, одно из таких, может быть, наивных представлений. Я не знаю, какие есть. Какие есть? Ну, может, это наивно покажется.
А.Т.: Вы знаете, мне тоже кажется, что это наивно. И прежде всего вот почему. Я думаю, что здесь, ну, при существующем положении вещей, то есть, с одной стороны, при всех существующих недостатках, о которых Вы говорите и которые действительно у нас в большом количестве имеются, с одной стороны. А с другой стороны, при потрясающем религиозном невежестве огромного количества верующих людей в Церкви, никакой эволюции не произойдет. Произойдет, скорее, революционный процесс.
Я: Ну, это было бы хуже. И я тоже такого не исключаю.
А.Т.: И мне кажется, что при допущении, теоретическом, такого результата своей деятельности, своего творчества и так далее, ну это не то, что наивно, а в каком-то смысле недопустимо. Не потому, что Вы говорите неправильные вещи, а потому, что результат может оказаться, может привести еще к более худшему состоянию, чем то, которое мы имеем сегодня, потому что ни одна революция никогда ничего не меняла к лучшему. А я вижу предпосылки к тому, что, действительно, подобного рода публикациями и выступлениями, и мыслями формируется у людей именно революционный взгляд к Церкви, внутри Церкви самой. То есть, формируется именно, при отсутствии легитимного воздействия на эту вертикаль, которая действительно сейчас недосягаема ни для меня, ни для Вас, ни для кого. Ни для самих, может быть, епископов, которые в чем-то и разделяют Ваши точки зрения, но против устоявшихся вещей никогда не пойдут.
Я: Вы знаете, в таком случае мы находимся в тупике явном, потому что, я тоже об этом думал, сейчас рассказываю, мне тоже приходили в голову эти мысли. Но, в таком случае это - чисто российская альтернатива, а точнее, ее отсутствие, и это тупик: направо пойдешь, налево пойдешь и…
А.Т.: Нет, я не вижу здесь никакого тупика.
Я: Дело в том, что… вспомните СССР. Вот те же самые проблемы накапливались, их замалчивали. Кого-то сначала там притесняли, ничего не стоило притеснить там кучку диссидентов. А, тем не менее, правы были по-своему те, которые говорили, что СССР- это совершенно безнадежная организация, не реформируемая. И они оказались правы вот в каком смысле: когда Горбачев пытался это дело реформировать, СССР рассыпался. Действительно, для многих произошла трагедия. Да, вот то, что Вы говорите, я предвижу, возможно я могу предвидеть эту ситуацию для нашей громоздкой церковной структуры. И я даже не знаю что лучше: не менять…
А.Т.: Ну подождите. Ну то, что в итоге всех этих действий-бездействий произошло, неужели нужно рассматривать как какой-то прогрессивный шаг с точки зрения государственного существования на территории бывшего Советского Союза?. Я не говорю сейчас о каких-то вопросах духовного характера. Ну если уж аналогию строить, то вот: ну было государство, вот были люди, которые старались всеми силами его сохранить и были люди, которые, наоборот, старались всеми силами его расшатать и обрушить…
Я: Главное, что таких людей…
А.Т.: Я ведь могу эту аналогию продолжить и дальше. Потому что, в царской России к началу 20 века противоречий и безобразий накопилось куда больше, чем в Советском Союзе к началу Перестройки. И эсэры, и большевики в этом смысле, они были очень здравомыслящими людьми. Они благополучно начали расшатывать то, что уже изрядно прогнило, с целью захвата власти. Как Вам такая аналогия? Хорошо получилось в результате или не очень?.. То есть, объективно предпосылка была такая: вот гнилая структура, нужно ее…
Я: Вот я и говорю, это каждый раз создается какая-то тупиковая ситуация, потому что власть не идет на диалог, она считает себя правой, - и вот трагедия нашей российской действительности мне кажется в том, что власть изначально поставляет себя «над» и чаще всего так, над всеми прочими и считает себя правой, что бы она ни сделала. И, соответственно, когда это не так, а ясно, что это не всегда так, то она не слушает, не прислушивается ни к чему, - допустим, к голосам снизу. Накапливаются противоречия. Либо внушается полная покорность, смирение, послушание, насаждается соответствующая литература. До какого-то определенного момента это работает, согласен, до какого-то определенного момента. Но потом накапливается противоречий все больше и больше. И чисто российская ситуация: либо крайность одна - покорность, скорее это, рабство, - либо бунт. Либо рабы, либо бунтари, - тот же о. А. Шмеман говорил о нашей действительности по другому поводу. Из одной крайности в другую. Но, когда накапливаются внутри противоречия, пусть под внешним смирением, пусть люди стараются смиряться даже искренне; но, когда люди видят все больше и больше, что мы куда-то не туда идем, и в том, что провозглашается, даже сама Церковь в своем учении разительно контрастирует с тем, что происходит в жизни; вот когда эти противоречия до какого-то момента накапливаются, тогда происходит взрыв. И это уже было и не раз, и не два. Вот я удивляюсь: по какому кругу мы еще так будем идти?
А.Т.: Один из вопросов, на мой взгляд, очень важных, применительно к этой теме: что для христианина здесь, не то чтобы, приемлемо, скажем, допустимо даже: либо этот взрыв инициировать, накачивать будущее, либо этот взрыв всеми силами постараться предотвратить, даже понимая, что он, в конце концов неизбежен? Но, тем не менее, на мой взгляд, вот это озвучивание проблематики современной без предложения конструктивного выхода на том уровне, на котором люди читают вот эти действительности церковные, - это именно накачка будущего взрыва. И это первая моя претензия подобного рода. Ну, она чисто такая, как сказать, практического свойства, потому что, есть стратегия, есть тактика. То, о чем Вы говорите, это, ну должно быть лучше. Практических каких- то решений Вы не видите и Ваши единомышленники тоже. То есть, у Вас задача стратегическая, а решений нет даже тактических. Я рассуждаю по- другому в данном отношении, хотя от меня тут тоже ничего не зависит, ну только в той степени, что я что- то там пишу иногда, но, тем не менее. Я считаю, что, коль скоро стратегические вопросы не в моей компетенции, я должен искать выходы на уровне тактики. А тактика, на мой взгляд, единственно конструктивная в этом отношении - это помочь людям найти выход для нормального приложения своей духовной энергии в рамках существующей ситуации...
Tags: жизнь церковная
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments